Грача Виктор нашел на конечной в тот час, когда город еще не решил, просыпаться ему окончательно или подождать, пока перестанет хлестать апрельский дождь. Маршрут номер шесть делал круг через старый м...
Метель началась внезапно, как будто кто-то перевернул над городом целый мешок белой муки. Зоя Михайловна шла домой с вечерней службы, согнув плечи под ветром. Был сочельник, шестое января, и весь двор...
— Держись от него подальше, — сказала мама. Маша посмотрела в окно. Там, внизу, Степан Иванович ругался с дворником. Голос — как гром, жесты — как у генерала. Дворник кивал и пятился. — Почему? — Пото...
Зинаида Павловна вязала по ночам. Днём пальцы уже не слушались как раньше. К утру суставы распухали, будто кто-то наливал в них ледяную воду, и спицы приходилось брать медленно, с уговорами. А ночью б...
Старик на скамейке Мальчик заметил его в сентябре. Каждый день, по дороге из школы, Миша проходил через парк. И каждый день — на одной и той же скамейке — сидел старик. Один. Неподвижный. Смотрел на детскую площадку. Сначала Миша не обращал внимания. Мало ли с...
Мэр города одиноких сердец Барсик просыпался с рассветом. Каждое утро — один и тот же маршрут. От теплотрассы за почтой, где он ночевал, до центральной площади. Мимо булочной, мимо аптеки, мимо магазина Виктора. Здороваться со всеми. Он был обычным псом — рыжи...
Кот выбрал себе хозяина сам Дима не любил котов. Точнее — не понимал. Собаки — понятные, верные, весёлые. А коты — какие-то себе на уме. Ходят где хотят, делают что хотят. Хозяин им — так, обслуживающий персонал. Поэтому когда серый кот появился на его балконе...
31 декабря. Незваный гость с холодным носом, который спас мой праздник Виктор ненавидел 31 декабря. Эту ненависть можно было потрогать руками — она была холодной, гладкой и стерильной, как и вся его квартира в элитном жилом комплексе «Северная Звезда». Пока ве...
Ночная смена Чёрный пришёл ровно в десять. Геннадий Фёдорович знал — можно часы сверять. Четыре года — как по расписанию. Стукнут лапы о железную дверь сторожки, и вот он — чёрный как смоль, только одна передняя лапа белая, словно в краску макнул. — Привет, бр...
ЗАГОВОР ХВОСТАТЫХ Николай Петрович варил сосиски с таким видом, будто готовил приворотное зелье. Вода в эмалированной кастрюльке бурлила, выбрасывая на плиту мелкие горячие брызги. Пахло лавровым листом, черным перцем и чем-то неуловимо мясным — запахом забыто...